логин:
пароль:


Rambler's Top100

  Горномарийский район


Село МАЛЫЙ СУНДЫРЬ (ИЗИ ШЫНДЫР)

 

Старинное марийское село, ликвидированное в 1980 г. из-за строительства Чебоксарской ГЭС, располагалось на левом берегу р. Малая Сундырка в низине у подошвы высокой Сторожевой (Сундырской) горы (марийские названия - Аламнер и Оролы кырык). Отстояло от с. Виловатово в 10 км. От Козьмодемьянска (через Носелы) расстояние составляло 21 км, а лугами - 12 км (сейчас до берега Волги - 0, 5 км). Село известно под такими названиями, как Малый Сундырь, Околодок Церковный, Изи Шындыр, Попсола, Церкысола, Шындырлап. Марийское название села связано с названием речки, что в переводе означает Изи Шындыр ("Изи" - малая, "Шындыр" - "шын" - река, водный источник, "дыр" / "тыр" - край, берег). К этому же примыкает словосочетание "Шындырлап" ("лап" - низина). В обиходе местных жителей получили распространение и другие названия - Попсола и Церкысола ("поп" - священник, щеркы" - церковь, "сола" - деревня), связанные с тем, что в селе проживали священники, и имелась церковь. В архивных документах и старинных изданиях оно называлось "село Малый Сундырь Троицкое Акозино тож" или "село Акозино Малый Сундырь Троицкое". Происхождение этого названия объясняется. тем, что в "деревне Аказина", расположенной при р. Малая Сундырка, в 1754 г. была построена деревянная церковь во имя Святой Троицы. Поэтому бывшая марийская деревня Аказина стала называться с. Малый Сундырь. Эта дата является временем основания села.

Исторически деревня Аказина (Малый Сундырь) является одной из Древнейших. Свое название она получила от имени Аказа, известной исторической личности, родоначальника этого поселения. Аказ был одним из видных "сотенных князей" горных марийцев, добровольно перешедших к русскому царю Ивану Грозному в 1551 г. Его власть над сородичами простиралась в пределах "Аказиной сотни". Во второй половине XVI-XVIII веков Аказина сотня на Горной стороне Козьм. уезда охватывала бассейны рек Малая и Большая Сундырка и Кугенерка. На юго-востоке она граничила с Кобяшевой, на западе - с Акпарсовой сотнями; северная граница проходила по Волге. На Луговой стороне, на левобережье Волги, к ней относились деревни Ярмучаши и Килдеяр (Юксары), основанные выходцами из Паратмар. Она включала 15 ясачных крестьянских общин марийских деревень Аказина, Большая Яктерля, Вторая Яктерля, Третья Яктерля, Виловатый Враг, Большая Паратмара, Средняя Паратмара, Малая Паратмара, Кожланангер, Кожланангерская, Кузнецово-Апшат Пеляк, Другая Кузнецовская, Малая Кузнецовская (на Горной стороне) и Ярмучаш, Килдеяры (на Луговой стороне). В 1723 г. в них числилось 413 дворов (1831 душ муж. пола), а в 1795 г. соответственно 1129 дворов (2837 душ муж. пола). Наличие устойчивых и тесных кровнородственных и хозяйственных связей внутри "поземельного союза" в Аказиной сотне зафиксировано и в ходе Генерального размежевания земель конца XVIII - начала XIX века, когда специально был выделен обширный "Аказинский" земельный план. Границы "Аказова плана" сохранились вплоть до конца XIX - начала XX веков и учитывались при земельных переделах и разделах. В поземельной общине с центром в д. Аказина в 1717 г. числилось 55 дворов с 314 чел. обоего пола. По данным 1795 г., в с. Малом Сундыре Аказино тож (48 дворов) с выселками из этого села (Микушев - 14 дворов, Мурзаков - 18 дворов, Йолкин - 15 дворов) всего было 95 дворов с марийским населением в 454 чел. обоего пола.

С середины XVIII века село являлось центром крупного церковного прихода. Он состоял из трех частей. В 1850 г. в первую часть входили марийские прихожане деревень Средний Паратмар, Горной Кушерги, Виловатый Враг, околодка Сарлайкино; во вторую часть - жители села Малый Сундырь, Виловатый Враг, Большой Паратмар, Средний Паратмар, Малый Яктерля, Большой Яктерля, Другой Яктерля, Малый Паратмар; в третью часть - "крещеные черемиса" с. Малый Сундырь, деревень Большая Яктерля, Большая Паратмара, Горной Кушерги, околодков Мецакнур, Сарлайкино, Корчаково. Во всех трех частях числился 601 двор (2784 муж. и 2974 жен.). Всего в этом селе в 8 дворах священно-церковнослужителей проживало 44 чел. (священники, дьяконы, дьячки, пономари со своими семьями, просвирня, вдовы священников и церковников со своими детьми). Расстояние от церкви до приходских деревень колебалось от 1 до 12 верст. Позднее произошло разукрупнение. В 1875 г. из с. Малый Сундырь отделился приход с. Виловатый Враг, а в 1896 г. - приход с. Усола (Горная Кушерга). В 1909 г. приход с. Малый Сундырь состоял из самого села и марийских прихожан деревень Важнангер, Сундыръял (Шиндыръялы), Мидякова, Пичушкина, Яндушева, Тепаева, Колумбаева, Мишкина, Мартышкина, Цимбулаткина (Пикузино), Ключева, Носелы и Мецакнуры, где числилось 495 дворов (1495 муж. и 1453 жен.). Эти селения оставались в составе прихода вплоть до закрытия церкви в селе Малый Сундырь.

Первое деревянное здание (теплое) церкви в селе Малый Сундырь было построено во имя Живоначальной Троицы в 1754 г., а вторая церковь (холодная) в честь Входа в храм пресвятой Богородицы - в 1764 г. за счет средств прихожан по настоянию миссионера архимандрита Самуила, настоятеля Чебоксарского мужского монастыря. По местному преданию, церковь была построена на месте деревянного креста, принесенного сюда марийцами-язычниками деревни Виловатово, которые, таким образом, избавились от нежелательной им церкви, намеченной к постройке православными миссионерами. Первые церкви находились вблизи большой сухопутной дороги, языческого мольбища "Поданай нер" и старинного марийского кладбища В связи с обветшанием деревянных зданий в 1829 г. на средства прихожан была построена теплая двухпрестольная каменная церковь во имя Святой Троицы с приделом в честь Введения в храм Пресвятой Богородицы, отстоявшей на 300 метров от прежней деревянной церкви. Внутреннее убранство новой церкви отличалось большим великолепием. Иконостасы в храме были вызолочены, а главный их них считался одним из лучших среди церквей Козьм. уезда "по рисунку". В дальнейшем, в 1922 г. церковь была передана верующим прихода в "бессрочное бесплатное" пользование. Однако в 1940 г. была закрыта. Распоряжением Совета Министров МАССР от 27 августа 1965 г. церковный храм предписано было разрушить, а само церковное здание разобрать для использования материалов на строительство хозяйственных объектов колхоза "Сила". В 1966-1967 гг. студенческими стройотрядами, направленными из вузов Казани, церковь была в основном разобрана на хозяйственные нужды. До сегодняшнего дня сохранились лишь колокольня и купол церкви, сиротливо возвышающиеся в опустевшем селе рядом с кладбищем.

Как видно, церковь в селе Малый Сундырь действовала почти два столетия (1754-1940). Многие поколения священно-церковнослужителей (И. М. Гортинский, Д. С. Пернягашевский, И. В. Померанцев, П. А. Боголюбов, А. П. Троицкий, М. А. Рождественский, И. М. Кедров, Н. М. Евтропов, И. П. Ласточкин, И. Н. Аргентов, А. С. Агеносов и др.) вели в ней службу и внедряли основы православия в среду марийских прихожан. Одновременно приходские священники активно занимались и школьным просвещением.

Основание и деятельность школы (1822-1980) занимает особо значимое место в истории этого села. Поэтому более подробно остановимся на этом сюжете.

Мало-Сундырская школа считается одной из первых школ, основанных среди горных марийцев. Она была открыта при содействии Казанского императорского университета как приходское училище в селе Малый Сундырь Козьм. уезда Казанской губернии 28 января 1822 г. выпускником Казанской духовной семинарии, уроженцем Козьмодемьянска русским священником местной Троицкой церкви Иваном Васильевичем Померанцевым. В этот день в доме приходского священника (одновременно учителя и надзирателя училища) начались первые уроки для 12 набранных учеников из числа марийских крестьянских детей с обучением на их родном языке основам православной веры, чтения, письма и счета. В следующем году здесь уже обучались 23 мальчика и 6 девочек.

Последующие годы и десятилетия привнесли немало перемен в историю школы: постепенно росла численность учеников и расширялось культурно-просветительское влияние училища на окрестное марийское население, вырастали новые поколения грамотных людей, менялись учителя и классные помещения, а также ведомственная принадлежность училища (в 1822-1846 гг. в ведении Министерства народного просвещения, в 1846-1866 гг. находилась в ведомстве Министерства государственных имуществ, а в 1866-1917 гг. - земства). В то же время шла неустанная работа по совершенствованию новых форм и методов обучения. В 1870-1875 гг. в селе, кроме Мало-Сундырского училища, существовала женская школа братства св. Гурия, с 1882 г. - воскресно-повторительный класс, с 1889 г. сельское училище стало состоять из отдельных земского мужского и женского училищ. Начиная с 1 сентября 1915 г. мужское и женское училища были объединены в одно.

В дореволюционный период в Мало-Сундырской школе учились учащиеся из соседних деревень: Важнангер, Шиндыръялы, Колумбаево, Пикузино (Цимбулаткино), Ключево, Пичушкино, Нижние Носелы, Марьяшач (Сарамбаево), Эсяново, Усола (Захаркино), Яндушево, Степаново, Артюшкино, Носелы, Горелово (Тепаево), Яктерла, Мишкино, Медяково, Шунангер, Юльялы и других селений. Заметим и такой примечательный факт. Следуя просветительной системе Н. И. Ильминского, помощник Мало-Сундырского законоучителя и учителя М. А. Рождественского местный дьякон Иван Михайлович Кедров (в одно время являлся наставником Чермышевского приходского училища) издал составленный священником М. С. Кроковским первый марийский букварь "Упрощенный способ обучения чтению черемисских детей горного населения", вышедший в Казани в 1867 г. (2-е издание букваря, 1871 г.). Букварь в качестве учебника предназначался для начальных училищ, был близок к народно-разговорному языку и внес немалый вклад в развитие марийской письменности и школьного образования.

Новейший после Октябрьской революции период в истории Мало-Сундырской школы (в 1930-е годы "школа колхозной молодежи), в дальнейшем - "восьмилетняя", "девятилетняя") характеризовался участием дореволюционных учительских кадров (С. И. Ласточкина, Л. И. Ласточкина, А. М. Оников, А. Н. Данилова и др.) в ликвидации неграмотности среди взрослого населения, всеобщим обучением в ее стенах детей школьного возраста близлежащих селений, стремлением учителей давать школьникам добротные и качественные знания, воспитать в них чувство любви к родному краю, самоотверженных к труду и готовности защищать свою Родину. К сожалению, репрессии 1930-х гг. не обошли стороной и учительский коллектив Мало-Сундырской школы. Безвинными жертвами стали и ее некоторые ученики и выпускники, в том числе А. И. Маюк-Егоров (1905-1938), А. Г. Пекпатр, Ф. Д. Данилов, П. Ф. Никитин, В. Г. Сильдяйкин и другие. В годы Великой Отечественной войны многие из питомцев школы героически сражались на различных фронтах (летчик-герой С. И. Ванюков, танкист В. А. Малов, капитан медицинской службы Е. Д. Антонова, награжденная двумя орденами Красной Звезды, многими медалями и дошедшая до Берлина, капитан И. Д. Антонов и др.). Другие в тылу самоотверженно помогали фронту (А. С. Иванова, А. Ф. Шмакова, А. П. Изинкина и др.). Помогали взрослым и одновременно учились дети.

Яркими и насыщенными в истории школы были послевоенные годы, в особенности 1960-1970-е, когда ее директором был всеми уважаемый Виктор Афанасьевич Малов. В это время в школе, насчитывавшей ежегодно по 400-500 учеников, плодотворно трудился творческий учительский коллектив единомышленников (Н. В. Федюшкина, Г. П. Тихомирова, Е. Д. Журавлева, К. С. Пекпатрова, В. Ф. Иванов, Н. М. Сорокин, И. Н. Ягодкин, Н. И. Метелкин, А. А. Михайлова, К. И. Осипова, Л. С. Сергеева, И. А. Сергеев, В. И. Малова, В. Н. Ватиков, А. А. Малюткин и др.), многие из которых стали признанными педагогами, авторами учебников, заслуженными работниками просвещения и народного образования.

Выпускники Мало-Сундырской школы нашли свое призвание в самых разнообразных сферах деятельности. Среди них известные хлеборобы и механизаторы (Ф. П. Аверков, В. Г. Аталаев, Н. С. Филишюв, В. И. Иванов, А. Ф. Ягодкин, М. И. Данилов, С. М. Почтенев, И. Г. Данилов, В. В. Иванов), животноводы и птичницы (Герой Социалистического труда О. Т. Аталаева, орденоносцы С. Р. Панькова, В. А. Пермяков), садоводы (С. И. Некрасов, И. Д. Казаков), работники связи (Ю. Н. Семенов, И. Г. Иванов), медицины (З. С. Сергеева, Г. Н. Николаева, Л. В. Сапкеева), правоохранительных (А. И. Цветков, А. А. Павлов, В. В. Изинкин), хозяйственных (Л. А. Алдынов, А. А. Ягодкин, А. Г. Иванов, А. С. Щукин), административных и партийных (Г. И. Минин, С. Н. Агеносова, А. Н. Стрелов) органов и учреждений; военные (В. В. Тряпкин, М. В. Журавлев, Н. И. Ободышн), журналист и главный редактор районной газеты Н. М. Еропов, ученые (К. Н. Сануков, А. Г. Иванов, Р. А. Ванюкова (Стенькина), И. В. Алметева (Изинкина), самодеятельные поэты (И. И. Светлов, Е. И. Цотнайкина) и композиторы (В. М. Саддушкин, С. И. Метелкина (Казакова), З. В. Петрова); мастера спорта М. В. Якимова (Малова), А. С. Замков и другие не менее уважаемые и известные питомцы школы. Сложившиеся добрые традиции школы продолжают нынешние учителя - выпускники Мало-Сундырской школы - директор Н. Г. Алексеева (Остроумова), Н. В. Сильдушкина, Л. Н. Платова (Агеносова), З. В. Петрова, Е. И. Тряпкина (Осипова), Н. А. Васильева и другие.

Своеобразным итогом пройденного Мало-Сундырской школой 175-летнего исторического пути стал торжественный юбилейный вечер, состоявшийся 31 января 1997 г., собравший более 400 выпускников и учителей. Решением Правительства республики на этих торжествах школа за выдающиеся заслуги была переименована в "Малосундырско-Шиндыръяльскую" (из-за строительства Чебоксарской ГЭС в 1980 г. Мало-Сундырская школа была закрыта, и большая часть школьного коллектива переведена в Шиндыръяльскую начальную школу). В настоящее время она располагается вблизи д. Пичушкино.

Длительное время с. Малый Сундырь, несмотря на наличие в нем небольшого количества дворов и населения (в 1859 г. в 10 дворах числились 34 чел. ; в 1880 г. - 12 дворов; в 1909 г. - 12 дворов с 52 чел. ; 1915 г. - 11 дворов с 57 чел. - без учета дворов священнослужителей; в 1920 г. - 21 двор; в 1925 г., включая жителей д. Акозино, - 108 чел., в т. ч. 88 мари, 14 русских, 6 "прочие"), являлось средоточием местной власти и проведения стационарной и базарной торговли. Во второй половине XVI-XVIII вв. это поселение являлось центром родственно-поземельной и административно-территориальной Аказиной сотни. Затем оно оказалось в Паратмарской и Кожваш-Сигачкинской волости, а позднее стало во главе Первого Троицкого сельского общества Виловатовражской волости. В 1921-1931 гг. являлось центром Мало-Сундырского района Козьм. кантона Марийской автономной области. В 1931-1950 гг. в селе размещался сельский совет. В 1950 г. село оказалось в составе колхоза "Прогресс", позднее - колхоза "Сила" (расстояние до с. Виловатово - 9 км). Сейчас до берега Волги - 0, 5 км.

Издавна основным занятием жителей с. Малый Сундырь являлись земледелие, домашнее скотоводство и различные промыслы. В 1889 г. марийским крестьянам этого села принадлежало 25 дес. пашни и 9 дес. сенокосных угодий "в лугах", в 1890 г. - 9 семей были с земельным наделом, а 1 семья - безземельной. В 1880 г. из 12 дворов 5 дворов были безлошадными, 4 двора с 1 лошадью, 2 двора с 2 лошадьми, 1 двор с 3 лошадьми. В 1890 г. жители села содержали 21 корову и телят, 47 овец и свиней. По данным 1898 г., часть жителей села была занята такими видами промыслов, как дугогнутие - 6 чел., добывание извести - 3 чел., портняжный - 3 чел., кожевенный - 3 чел., мукомольный - 2 чел., рубка, пилка леса и дров - 6 чел., сапожный - 1 чел., рыболовный - 9 чел., кузнечный - 1 чел., калачный - 2 чел., кирпичный - 10 чел., отхожий - 10 чел. Соответственно в 1913 г. из 127 чел. кузнечным промыслом занимались 3 чел., гнутьем дуг - 5 чел., обжигом извести - 9 чел., сапожным - 2 чел., рыболовным - 12 чел., кирпичным - 8 чел., калашным - 1 чел.

Удобное географическое расположение села на пересечении сухопутных дорог, близость к пойменным лугам и Волге сыграли не последнюю роль в том, что здесь в XIX - начале XX вв. велась стационарная лавочная торговля, еженедельно по понедельникам ("Шачмы пазар") проводился базар и раз в год сельская ярмарка. Об этом свидетельствуют и материалы 1859 г. По данным 1889 г., в с. Малый Сундырь помимо домов священников, крестьян, полицейского стражника и земского фельдшера, двух земских училищ, пожарного помещения и инвентаря (сарай, 2 телеги, бочка, ведро, ухват, лестница), имелись 2 трактирных заведения и торговая "лавочка", где торговали "чаем, сахаром, пряностями, табаком и разной мелочью". По понедельникам проводился базар. По сведениям 1898 г., в селе имелись различные торговые ряды, фельдшерский амбулаторный приемный покой, 2 торговые "мелочные лавки" и трактирные заведения. Ежегодно по понедельникам проводился базар и раз в год при стечении окрестного населения в 600-1000 чел. шумела ярмарка - "Торжок в день Святой Троицы".

Проводимая в с. Малый Сундырь по понедельникам базарная торговля по годовым оборотам заметно отличалась от остальных 9 базаров Козьм. уезда. Так, в 1871 г. в торговые дни сюда для продажи привозили крупу, солод, белый хлеб и калачи, постное масло, мясо, коровье масло, свечи и мыло, деревянную посуду, железные изделия, табак, соль, "крестьянских лакомств" и "красного товара". Размеры привозимого товара в 1871 г. составили 9011 руб., а продажи - 2423 руб.

Путнику, спешащему на базар в с. Малый Сундырь, издали была видна Сторожевая гора. Как писал в 1852 г. известный этнограф С. М. Михайлов, "гора сия, когда подъезжаешь к ней, представляется величественною, как грозный исполин; а вид с нее самый очаровательный: пространные луга, покрытые кустарниками, озерами, перерезанными в различных направлениях таловыми и осокоревыми огромными деревьями; река Волга, за нею сплошной лес, теряющийся в отдаленной синеве, а по нагорной стороне частые черемисские деревни с садами и густыми деревьями; затем на прекрасной горе - село Владимирское, за которым вдали г. Козьмодемьянск с церквами, и в довершение всего, при подошве горы село Малый Сундырь - все это представляет восхитительную картину".

Помимо еженедельных базаров и ежегодной летней ярмарки, в с. Малый Сундырь широко и шумно отмечалась масленица, на празднование которой стекалось несколько сотен человек. По свидетельству того же С. М. Михайлова, в 1857 г. "в воскресенье, 10 числа февраля, то есть самый день заговенья, тащась разными захолустьями чрез горы и долы на одной маленькой, но быстрой черемисской лошадке, я направил путь свой прямо на село Малый Сундырь, к цели моего путешествия. Дорогою частенько мне попадались молодые черемисы, ехавшие в гости к родственникам с хорошенькими своими женами, разряженными как маков цвет. Они одеты были в зеленые тонкого сукна кафтанчики, подпоясанные широкими шелковыми вязаными поясами с серебряными наконечниками. Грудь украшалась блестящими серебряными широкими шалкамами, унизанными кругом бисером и шелегами, вместо фартуков подвязаны были широкие ярких цветов шелковые платки, на головах маленькие плисовые и полубархатные, красные и зеленые шапки очень красивого фасона, с крымскими или мерлушчатыми околышами, убранные по верху лентами. На шее висело множество серебряных и оловянных крестов, выпущенных наружу в виде ожерелья, также цепочек и разных лент. Мужья их, одетые в белые кафтаны или дубленые полушубки с разными вычурными нашивками и в шапках набекрень, сидели рядом с женами и бодро правили своим конем, запряженным в раскрашенные легонькие санки, вроде городовых. Упряжь на лошадях была прекрасная, с медным набором и бубенчиками, дуги раскрашенные и высокие.

В таком убранстве горный черемисин гордо, с какою-то важностью смотрел на встречного человека в русской одежде; но я, поникнув долу, думал только о том, как бы скорее увидать лицом к лицу черемисскую масленую масленицу, которую они величают по-своему юу-арня, то есть "масляная неделя"; по-чувашски: сю-арни. Вот, наконец, я прибыл в село Малый Сундырь. Здесь на пространной площади раскинуты были уже палатки с пряниками, орехами, конфетами и другими лакомствами, которыми торговали сами горные черемисы, потому что между ними есть даже и пряничные мастера, которые умеют хорошо приготовлять пряники, расписывая их на манер кондитерских. При моем прибытии народу около палаток было еще немного, и съезд едва только начинался; но спустя часа два черемисская масленица была уже во всем блеске. На площади народ разделялся на две части: по правую сторону, около палаток, толпились мужчины, вместе с некоторыми русскими, в числе коих находился и пишущий сии незамысловатые строки под именем поверенного питейного откупа: ибо я знал, что таковую предусмотрительность при инородческих празднествах должно иметь всякому, и этнографу и не этнографу, в предупреждение могущих быть неожиданных неприятностей от разгульного и неразгульного народа. По левую сторону, в параллель мужчинам, длинною густою вереницею стоял, точно в шеренге, нежный пол горных черемис-девиц, с прелестными лоснящимися локонами, разряженные во все свои убранства. Не берусь описывать, какая цветущая красота сияла в этих личиках и с какой самодовольной улыбкой устремлены были их взоры на своих возлюбленных. Посредине, между сими двумя шеренгами, катались черемисские парни на щегольских своих санках, запряженных, большею частию, парою; на лошадях упряжь была превосходная, и видно было, что всякий старался превзойти в этом других. Сами они были в кафтанах синих суконных или желтых верблюжьих и в дубленых щегольских полушубках. Катаясь под устремленными на них девственными взорами, они пели . . . свои песни. . . Катающиеся парни, между своими песнопениями, нередко обращались к многочисленной толпе девиц и просили их принять участие в их гуляньи, предлагая им свои санки. Некоторые из девиц тотчас садились на санки, и тогда молодцы, уступив свои места девушкам, садились на козлы или становились на ноги и правили лошадьми, покрикивая "дита!" А чтобы иметь доступ к сердцам девиц, они дарили их сахарными и одномедными расписанными пряниками, выкидывая свою молодецкую удаль разными каламбурами и остротами и порождая в толпе народа громкий хохот. Таким образом катались они до самой ночи, не затевая никаких ссор, да и пьяных между ними не было заметно, хотя питейный и был, как говорится, только руку подать, и в него довольно-таки входило народу. Наконец, в домах появились огни, и катанье кончилось. Тогда весь черемисский люд, встретивши масленицу на таком широком каталище, стал разъезжаться по своим деревенькам, с песнями, под звоном бубенчиков; а другие остались докатываться в питейном. . . "

Народные гуляния продолжались в течение всей недели. По свидетельству С. М. Михайлова, "молодежь каталась на лошадях, на салазках и даже на дровнях, на которые садилось по нескольку человек парней и девок. Скатившись с предлинной натуральной горы, парни толкали девок в снег или бросались им, и все это происходило у них весело, со смехом и хохотом. На гору тащили дровни по очереди, запрягаясь по два и по три человека. . . ".

Традиционный уклад жизни села оставался устойчивым и после установления советской власти. Жители занимались хлебопашеством, животноводством и промыслами. В 1929 г. в с. Малый Сундырь было 30 дворов (138 чел., в том числе 111 марийцев, 27 русских). Площадь пашни составляла 44 дес. (посеяно яровых культур - 21, 8 дес, озимой ржи - 19, 8 дес), сенокосных лугов - 26, 8 дес. В селе имелось 27 рабочих лошадей, 38 коров, 32 теленка, 118 овец, 4 козы, 35 свиней и разная птица (курицы, утки, гуси). Кроме того, в 1939 г. при селе, состоящем из 37 хозяйств и 143 чел., имелись 2 водяные и 2 ветряные мельницы. Продолжала функционировать школа. В 1920-е оно называлась Мало-Сундырской школой первой ступени (с 1924 г. ее заведующий - Алексей Степанович Фролов). В 1929 г. из 60 учащихся школы в ней учились мальчики и девочки из с. Малый Сундырь, Акозино, Шартнейка, Пичушкино, Важнангер, Артюшкино, Верхние, Средние и Нижние Носелы и Мидяково. В местной церкви проводились богослужения. Как и раньше, велась торговля, устраивались базарные дни и праздники. Село не потеряло своего социально-экономического и культурно-просветительского облика.

Большую ценность по истории с. Малый Сундырь первой половины XX века представляют воспоминания учительницы Софьи Антоновны Ониковой, которые были опубликованы в 1998 г. Авениром Арсентьевичем Апатеевым. Приводим их здесь полностью, так как они дают подлинные свидетельства очевидца 1920-1950-х гг.

По свидетельству местной учительницы С. А. Ониковой, с. Малый Сундырь в 1925-1930 гг. выглядело следующим образом. "В селе насчитывалось 35 дворов. Из них русских и смешанных 10 дворов. Одно хозяйство было зажиточное. Это хозяйство Иорданова Андрея Тимофеевича. Он имел два жилых дома. В пристройке одного дома имел кожевенную мастерскую. А рядом с другим домом - магазин кирпичной кладки, где торговал товарами повседневного спроса (соль, спички, керосин, деготь и вино). Имел два сада. Во дворе содержал несколько коров и лошадей. Во времена нэпа, он по разрешению властей занялся торговлей и это принесло ему возможность выделиться от остальных односельчан. Большинство же крестьян были среднего достатка. Но были и бедные. Одна семья вовсе нищенствовала. Каждый хозяин двора имел свой земельный надел. До 1917-го г. землей наделялись только члены семьи мужского пола. После революции земли нарезали на всех членов семьи. Так что земли было достаточно. Но сколько труда, сил надо было приложить, чтобы обработать эту землю, вырастить урожай. Ведь каждое хозяйство жило единолично. Хозяин земли пахал, сеял и убирал урожай только силами одной семьи. Орудиями труда были деревянная соха, деревянные бороны. Посев производился вручную. Труд был обременительным, непроизводительным. Работать приходилось от зари до зари. Несмотря на такие старания, земля давала небольшой урожай.

Что из себя представляло крестьянское хозяйство в 1920-1930-х годах? Небольшой дом с маленькими оконцами. Внутри дома вдоль стен лавки. В одном углу широкая деревянная кровать. Для детей полати. Освещение керосиновыми лампами. Для скотины сараи, покрытые соломой. (Мало у кого были покрыты тесом). Лачуга (куды - А. И.) для летнего приготовления пищи. За домом участок земли, где большинство выращивали картофель. У немногих были сады. Хороший сад был у Ванюковых. У других же по несколько яблоней и вишни.

Огороды для овощей находились близ р. Сундырка. Основной надел пахотной земли имели за кладбищем, на Сторожевой горе. Каждому хозяину отрезалось земли на разных местах, учитывая качество почвы, расположение (около оврага, на склоне). Так что большое поле состояло из множества лоскутков, каждый лоскуток от других отделялся межой, заросшей травой. Конечно, на таких клочках земли и думать было нельзя работать машинами. Кроме пахотной земли каждый двор имел свой луговой участок.

У каждого хозяина был небольшой молотильный ток, куда свозились снопы хлебов и складывались в скирды. На току овин, из косо поставленных жердей, для просушки снопов. Под овином (в земле) складывалось подобие печки-каменки. Хозяин затапливал печь. Теплый дым поднимался вверх и прогревал колосья снопов. Этот процесс проходил ночью. Приходилось всю ночь дежурить, поддерживать небольшой огонь. Спать и дремать было нельзя. Работа ответственная. Утром, чуть только забрезжит свет, семья приступает к обмолоту. Снопы расстилаются на ток (хорошо утрамбованная площадка) в два ряда колосьями во внутрь. И хозяева, взяв в руки цепи, начинают проходить из конца в конец ряда, поколачивая по колосьям. И не как попало, а ритмично в такт с другими. И от этого получается определенная музыка. В такое время по всей деревне со всех дворов слышится эта музыка. Музыка труда. К этой работе привлекаются и подростки, и дети. В обязанность детей и подростков входило переворачивание снопов. А также выколачивание остатков зерен с колосьев. Обмолоченные снопы складываются снова в скирды. Зерно собирается и тут же перевеивается вручную. Обмолот хлебов трудное и долгое дело. Иногда продолжалось до первых снегов (в иные годы мешали дожди). Малосемейные в этой работе объединяются. Тогда она проходит интереснее, спорее.

По сути крестьянское хозяйство было натуральным. Почти все необходимое производилось самими. Каждое хозяйство имело лошадь, одну корову. Овец держали до 5-6 штук. Куры, гуси - обязательная живность двора. На мясо держали по 1-2 свиньи. Конечно, такое число живности требовало большого труда. Немало требовалось и кормов.

Чем занимались крестьяне в позднюю осень и долгую зиму? Закончив полевые работы, убрав обмолоченные хлеба в амбары, женщины и мужчины начинали работать по хозяйству. Женщины сушили и трепали коноплю и готовили кудель для пряжи. Начинали прясть. Мужчины готовили к зиме сани и сбрую. Везли на мельницу зерно на обмолот. Плели лапти, а несколько хозяйств плели корзины для своих нужд и даже на продажу. Зимой возили дрова из лесу, сено с лугов.

Всю одежду и обувь с ног до головы готовили из материалов домашнего производства. Бессменной обувью и зимой, и летом были у большинства лапти. Летом с портянками из холста. Зимой с домотканным сукном - онучами. Нательное белье, а также верхнюю одежду шили из домотканного. Белье из холста, кафтаны, мужские пиджаки - из домашнего сукна. Сколько труда, бессонных ночей требовалось женщинам напрясть ниток, наткать холста и сукна, чтобы одеть всю семью. Всю осень, зиму женщины пряли, ткали. Прясть заставляли и девочек-малолеток. Девушки устраивали посиделки и долгими вечерами пряли, - соревнуясь, кто сумеет тоньше и больше напрясть. На этих посиделках пели марийские песни, больше печальные, но и веселые. На этих посиделках были и девушки - гостьи из других деревень. Они же приносили новые песни и наши девушки с радостью их разучивали. На этих же посиделках сочинялись новые песни.

Ближе к зиме хозяйка устанавливала посреди избы ткацкий станок и ткала без устали холсты, сукно. Тонкие холсты для рубашек, толстые для портянок, портков и мешков. Сукно шло на верхнюю одежду: кафтаны для женщин, пиджаки для мужчин. Сукно шло и на онучи к лаптям. Для мужчин онучи белого цвета, для женщин - черного.

Девочки были главными помощницами матерям. С малых лет их заставляли прясть, а когда матери ткали, они делали шпульки для челноков. Поэтому девочек не пускали в школу. Только некоторые имели возможность проучиться 1-2 года. Взрослые же женщины в большинстве были безграмотными. Учиться было некогда.

Много времени и труда требовал уход за домашними животными. Надо их кормить, поить, убирать после них. Весь короткий зимний день уходил на них. Для ткачества, прядения оставались только ночи (благо они зимой долгие). А ведь еще надо каждый день топить печь, стряпать еду и кормить семью.

Ближе к весне начинались отелы коров, окот овец. Это создавало большое напряжение и заботы: надо сохранить приплод до прихода тепла. Ягнят и телят заносили в дом. И они до самой весны держались вместе с хозяевами в избе. Отелы коров приносили семьям и большую радость. Особенно этому радовались дети. После более чем в 1, 5 месяца поста, наконец, они могли получить на стол вкусное, питательное, так нужное детям, молоко.

В марте месяце женщины стлали холсты на снег для отбеливания. А когда потекут ручьи с гор, их кипятили и полоскали. Развешивали. А в конце апреля, когда растают снега и кое-где зазеленеет травка, девушки начинали обколачивать холсты. Для этого они собирались по несколько человек. На козлах навешивали самое звонкое сухое бревно (из легкого) на веревках. Завернутые куски холстины клали на бревно, закрепляли и начинали обколачивать, поворачивать холстину то одной, то другой стороной. Удары колотушек наносились ритмично и от этого получалась звонкая музыка, разносимая за село. Вновь зазвучала музыка труда, вместе с наступающей весной вселяла радость в душу труженика. Это время очень любят и деревенские дети. Тут же, рядом с работающими девушками, они играют в свои незатейливые игры: в чижики, городки, бабки. Бегают со смехом.

Поистине женщина мари была главной опорой, надеждой семьи. Долготерпеливой труженицей. Ее уделом было не покладая рук, весь год трудиться, чтоб одеть, обуть и прокормить семью. Мужчине тоже приходилось нелегко: пахать землю, сеять, убирать хлеб со своего участка примитивными орудиями. Пахать сохой наравне с лошадью. Жать серпом, не разгибая спины под жгучим солнцем. Сеять вручную, отмеривая шагами длинное поле, проходя по нему не раз. Косить траву косой, метать сено в стоги. Все работы надо было сделать в срок. Хорошо, если природа не помешает. А ведь она иногда бывает капризна. То нашлет засуху, то польет дождями не вовремя, то градом побьет. И хозяин-крестьянин должен быть всегда начеку. Сделать все вовремя: вспахать и посеять пока земля не засохла, убрать урожай пока ясно. И так из года в год за все браться самому и отвечать за все одному, не надеясь на кого-то. Тут уже не до книжек, не до учебы.

Село по социальному составу. Большинство хозяйств было среднего достатка. Они имели в хозяйстве 1 корову, 1 лошадь, овец, домашней птицы. Хлеба у них хватало до нового урожая. Но были и бедняки, у которых не было своей коровы. Кое-как перебивались до нового урожая. Хотя земли было достаточно, урожаи были скудные. 5-6 ц с 1 га - хороший урожай тех лет. Причины этому недостаток удобрений, мелкая пахота и трехпольная система обработки земли.

В селе работала начальная школа. Здание школы было типовое, как и в других селах района. В ней были три классные комнаты, коридор и кухня. Крыша была железная. При школе был земельный участок, где выращивали картофель для горячих завтраков учащимся. Учителей было двое: Ласточкина Лидия Ивановна и Оников Антон Максимович. Техслужащей была Шолкина Прасковья из дер. Важнангер. Иногда ей помогали взрослые дочери. В г. Козьмодемьянске учительствовал Никитин Павел Филиппович. Хозяйство его было в Малом Сундыре. Вела его Софья Ивановна. Тоже из учительниц, но в то время не работавшая в школе.

В бывшем доме церковнослужителя находился сельский Совет депутатов трудящихся. Одно время председателем успешно работал Паньков Мирон Максимович (ученик Антона Максимовича). Затем его взяли в райисполком, как делового работника. После него в председателях сельсовета побывало несколько человек, но большого успеха не имели из-за недостатка образования. Счетоводом и секретарем сельсовета в то время работал Краснов Матвей Илларионович. В городах учились и стали врачами, инженерами дети Агеносовых, Егоровых, Антоновых, Николаевых. Приезжали к родителям только в дни летних каникул. На все село было двое портных: Ерофеев Григорий и Антонов Димитрий Антонович. Они шили марийские костюмы: кафтаны и шубы. Славились мастерством, и заказчики без конца шли к ним. Вместе с отцом шили двое дочерей Антонова: Елизавета и Мария. (Впоследствии Елизавета Дмитриевна выучилась на врача). Даже в недавние времена дочь Мария шила и в их доме организована была швейная артель. В селе был и сапожник - Антонов Василий Петрович.

В те годы еще работала церковь. В ней служили 3 церковнослужителя, одна просвирня. В то время церковь выглядела чудесно. Беломраморные колонны у парадного входа. Сверкающие купола. Белоснежные стены. Ограда из красного кирпича и железных кружев. Высоко взметнулась колокольня с множеством колоколов. Рядом с церковью расположился домик - сторожка. При церкви был хор из числа верующих. Был у них свой дирижер-регент. Церковнослужители следили за внешним видом своего здания. Делали своевременно ремонты, конечно, не на государственные средства, а на подношения верующих.

Еще в 1920-1925-х г., а потом и в 1930-х г. в селе работала ветеринарная лечебница, где врачом работал Юринов Николай Михайлович, уроженец дер. Шунангер. (Его жена Клавдия Александровна, работала одно время в Юлъяльской начальной школе). Медпункта в селе долго не было. В случаях заболевания надо было ехать в г. Козьмодемьянск. А ранения, мелкие порезы лечил ветврач. Ветлечебница была расположена в бывшем поповском доме. Дом был добротный на высоком кирпичном фундаменте, с мезонином и балконом. В доме было 4 или 5 комнат. В одной комнате была амбулатория, заставленная всякими склянками с лекарствами. В ней врач принимал посетителей, отпускал лекарства. Крупных животных: лошадей и коров он осматривал в специальном сарае, где были станки и другие приспособления для осмотра.

В селе работала изба-читальня. В ней была устроена небольшая сцена. Был довольно просторный зал со скамейками. В маленькой комнатке были книги для чтения (можно было прийти и почитать), журналы. Одно время в ней заведовал Ванютов Константин из дер. Шунангер. Изба-читальня была и местом проведения собраний, тут же устраивали спектакли, молодежь проводила своеобразные стихийные концерты: пели песни, устраивали пляски под деревенскую гармонь.

Какие праздники и как отмечали в те времена. До закрытия церкви основными религиозными праздниками считались Пасха, Троица и Рождество. В такие дни со всех деревень в Малый Сундырь стекались верующие. Пасха - праздник пробуждения природы. До этого была долгая, трудная зима. Многонедельный пост. И взрослые, и дети ждали ее с нетерпением. Конец зиме, конец постам. Какая радость на душе. Наконец-то пришло тепло. Природа вновь ожила. Колокола далеко разносили свой звон, созывая в церковь прихожан. В ночь на Пасху внутри ограды церкви устраивали шествия с иконами, хоругвиями и зажженными свечами. В дни пасхальной недели молодежь поднималась на Сторожевую гору и устраивала различные игры. Нарядные девушки и парни играли в горелки и другие игры, выражая свою радость наступившему празднику. Дети тоже не отставали от них - играли в свои игры, катали крашеные яйца. Со Сторожевой горы открывалась широкая даль. К северу за туманной дымкой белели дома далекого города. К востоку простирались широкие луга, разлившаяся Волга: вверх и вниз по ней идут белые пароходы. И взрослые, и дети любовались открывшейся такой красивой далью. В такие дни душа пела от красоты оживающей природы.

Торжественно отмечали и другой церковный праздник - Троицу. Этот праздник совпадал с окончанием весенних полевых работ. Сельчане готовились задолго до ее наступления. Варили пиво, брагу. Наводили чистоту в домах, на дворе, и даже на улице. За день до дня праздника украшали наличники окон веточками березы. Хозяйки с самого раннего утра готовились встретить гостей: родственников, друзей и хороших знакомых. Стряпали блины, оладьи и всякую другую снедь. Доставали из погребов пиво. После окончания посевных народ рад отдохнуть и повеселиться до наступления следующих трудов - сенокоса и уборки хлебов. Вот настал день этого праздника. И взрослые, и дети одеваются во все лучшее. Очень красиво выглядят молодые девушки в своем марийском костюме. Поверх белоснежных рубашек, украшенных вышивками, надевают нарядные фартуки - запоны с затейливыми кружевами и вышивками. Красивы и пояса, переливающиеся всеми цветами радуги. На голове розовые, голубые батистовые платки, с вышитыми цветами. На ногах сверкающие сапожки гармошкой с медной подковкой. Пройдет такая девушка по деревне - глаз не отведешь. Парни тоже не отстают от девушек в нарядах. На голове суконный картуз с блестящим околышем. Вышитая рубашка-косоворотка. Пояс с кисточкой. На ногах чесанки с резиновыми калошами (тогда считался особым шиком). На звон колоколов в церкви в Малом Сундыре стекается нарядный люд. Нарядные девушки, разодетые парни. Степенные старцы, пожилые женщины. Все устремляются в церковь.

Посещение церкви на селе в те времена было равносильно посещению кино или театра в наше время. Церковная слаженная музыка, красивая роспись стен (работа знатных художников), торжественная церемония служения, все это привлекало массы. Это было единственное место на селе, где крестьянин-труженик мог услышать хорошую музыку, увидеть хорошие картины.

На церковной площади села в первый день Троицы в те годы устраивались ярмарки. С разных сторон сюда стекались торговцы. Устанавливали палатки с разными товарами. Кто выставлял сладости: пряники всех сортов, конфеты. Другие - мануфактуру, платки и разную мелочь. Зазывали покупателей. На площади толчея, говор, гам. Тут же недалеко от палаток играет гармонь. Парни устраивают перепляс. Праздный люд расхаживает, лузгая семечки, грызя орешки. Но пьяного люда не было видно.

Как отмечали революционные праздники. Торжественно отмечали праздник Первого мая и день 7-го ноября - День годовщины Октябрьской революции. Празднование Дня Октябрьской революции отмечали то в одном из классов школы, то в здании избы-читальни. В этот день в Малый Сундырь приходили деревенские активисты - депутаты сельсовета со всех прилежащих деревень по особым приглашениям, да и просто любопытные, жители села Малый Сундырь и женщины, и мужчины. Приезжали представители из города. Народу набиралось так много, что самый большой класс школы не мог вместить всех. Многие располагались просто в коридоре. Ставился стол, покрытый красной скатертью. Избирался президиум и председатель торжественного собрания. Первое слово давалось представителю города, который произносил торжественную речь. Поздравлял присутствующих с великим праздником всех трудящихся не только нашей страны, но и всего трудового народа земли. Отмечал достижения страны по построению в нашей стране социализма. Другой оратор докладывал о международном положении. Присутствующие очень внимательно при полной тишине слушали эти выступления. (Из этих выступлений многие сельчане узнавали впервые происходящие в мире события, ибо тогда еще не было не только телевидения, но даже радио, а газеты выписывали только единицы). Выступал и председатель сельсовета о проделанной им и депутатами работе среди населения, о достижениях в области культуры села. Говорили о кооперации. Агитировали за вступление в потребительскую кооперацию. О ее преимуществах перед частной торговлей. (До этого торговлю на селе вело частное лицо). Собрание заканчивалось пением гимна Интернационала. Все вставали и торжественно пели его все с начала до конца. (Я впервые услышала Интернационал именно в нашем селе в исполнении деревенских тружеников. И это было потрясающе торжественно). Собрание заканчивалось близко к полночи.

Празднование Первого Мая начинали еще в канун - 30 апреля. Население уже знало по традиции, что в этот день в избе-читальне будет торжественное собрание, а затем будет концерт силами местной молодежи. Местные активисты заранее устраивали сцену для выступлений, в зале расставляли скамейки. И вот ближе к вечеру стала стекаться публика. Приходили и пожилые, и молодые. Дети непременно приходили первыми и занимали места ближе к сцене. На сцене устанавливался стол, обязательно покрытый красной скатертью. На сцене портреты Ленина, Калинина и других руководителей страны. Помещение битком набивается народом. Торжественно избирается президиум и председатель собрания. Затем докладчик выступает с речью об истории начала празднования Первое Мая. Что это первый праздник, объединяющий всех трудящихся, что такие праздники-маевки до Октябрьской революции запрещались, преследовались царизмом. Ибо в эти праздники рабочие собирались тайно в массы и решали вопросы борьбы с угнетателями-капиталистами и самим царизмом. И вот в советское время трудовой народ открыто выходит на улицы и торжественно празднует свою свободу с песнями, с флагами, с лозунгами. В больших городах, в Москве в этот день проходит парад-смотр сил нашего народа, вооружения. "Да здравствует Первое Мая!" - восклицает оратор. "Да здравствует наша советская власть, дающая свободу и равенство всему народу нашей страны!" Примерно такие речи произносили и другие участники праздника. Затем объявляется, что торжественное в собрание закрывается и начинается концерт самодеятельности местной молодежи. Тут выступает и шумовой оркестр, и исполнив мотивы популярных в то время песен. Хор исполняет несколько революционных песен. В несколько голосов исполняются известные и популярные в то время марийские песни. Выступает хор учащихся школы с частушками, комическими песнями. Русская гармонь и тальянка сопровождают каждое исполнение. Конферансье объявляет выступление и плясунов. Вот на сцену выходят два разодетых чубатых парня и начинают лихой перепляс. Выделывают кренделя, лихо притоптывая на месте, то вприсядку. Кто кого перепляшет. Публика в восторге. Затем на сцену выходят желающие показать свое умение из публики. Далеко за полночь тянулось торжество.

Особо отмечали праздник Первое мая учащиеся школы. В те годы была традиция праздновать Первое Мая школьниками на исторической Сторожевой горе. Выстроившись возле школы по классам, с красными флагами и с песнями под руководством учителей, школьники Малого Сундыря поднимались на гору. Сюда же сходились строем с красными флагами учащиеся из соседних школ. Из села Юлъялы, деревни Шиндыръялы. И вот встретились учащиеся трех соседних школ. На вершине горы на широкой площадке выстраиваются учащиеся по школам. Один из учителей делает небольшой доклад из истории этого праздника. Говорят, что это праздник солидарности всех трудящихся мира в борьбе за свободу от угнетения, за равноправие всех народов. Затем начинались выступления учащихся. Пели хором заученные революционные песни. ("Мы кузнецы", "Конница Буденного", Песни о Ленине: "Ленин кугузана, яратымы тьотина, тыньым шанен ылена, тыньым ашындарена. . .). Каждая школа выставляла своих исполнителей. Читали стихи на тему дня. Под гармонь выступали молодые плясуны. Затем затевали игры, знакомства с учащимися соседних школ, в конце детям раздавали подарки. Это были обычные конфеты. Но дети оставались ими довольны. Выстроившись в колонны по школам, под песни расходились довольные проведенным праздником.

В день Первого мая на Сторожевую гору поднимались и взрослые. Молодежь поиграть, повеселиться, постарше - полюбоваться раскинувшейся далью. Увидеть, как река Волга после долгой зимы освобождается от льдин. А в некоторые годы в этот день можно увидеть и плывущие по ней пароходы. У кого-то оказался бинокль. И около него собиралась группа любителей посмотреть получше, открывшейся картины.

Красивы были окрестности Малого Сундыря, с двух концов его омывали две речки. Весной довольно полноводные. На одной из них, что под д. Носелы, была водяная мельница. Речка была запружена плотиной и по лотку вода с шумом падала на лопасти водяного колеса, приводила в движение жернова. С ровным гулом крутились тяжелые мукомольные камни. И непрерывным ручьем из-под них лился теплый на ощупь духовитый размол зерна.

Мельница работала и днем, и ночью, и зимой, и летом. Для сельчан было очень удобно. Не надо было везти зерно для размола в сторону. Своя мельница под боком. Хозяином мельницы был Колумбаев Гаврил. Большой радостью для ребятни был мельничный пруд. Целыми днями в жаркое время с криком, визгом купались мальчики и девочки. За плотиной (ниже плотины) на мелководье водились пескари и плотвички. Дети, бегая по воде, их ловили просто руками и корзинками. Славно было детям бегать по мелководью, брызгаясь. Так они целыми днями пропадали на речке не вылезая.

Теперь, проходя мимо того места, даже представить трудно, что была мельница, широкий пруд и с шумом падала вода. Речку можно перешагнуть.

За садами, за усадьбами раскинулись луга с их разнотравьем. Какая красота открывается, когда расцветают травы. А какой аромат от них. Вспоминаются густые ивняки, дубняки вокруг озер. А озера с обилием рыб. Самое широкое и глубокое Трофимове озеро, за ним - Крешка, Мытни, ближе к Волге - Медвежье озеро.

Красивое зрелище предстает при взгляде на луга во время сенокоса со Сторожевой горы. Белые палатки раскинулись от края до края. В это время через Малый Сундырь проезжают на луга вереницы подвод из разных деревень, даже из далекого Виловатова. Все спешат на сенокос. На сенокос едут, как на праздник. Нарядно одетые. С гармонью, с музыкой. Да и на самом деле время сенокоса (хотя и трудное) воспринимается народом как праздник".

Хозяйства и дворы, по воспоминаниям той же С. А. Ониковой, вс. Малый Сундырь в 1925-1930 гг. были расположены следующим образом. "Начиная с северо-запада, ряд на стороне лугов: Марков Григорий и жена, их дети: Анна и Нина. Львов Яков и Орина, дети: Екатерина, Владимир и Венедикт. Колумбаев Гаврил и жена, дети: Елена, Евлампия, Иван. Николаев Иван Кузьмич и жена, дети: Виталий, Исайи, Еремей. Ванюков Иван и жена, дети: Анфиса, Орина, Семен и Варвара. Антонов Василий Петрович и Пелагея Степановна, их дети: Сергей, Николай, Владимир. Антонов Михаил Петрович и жена, мать, дети: дочь Лилия. Антонов Иван Петрович и Анна Николаевна. Антонов Дмитрий Антонович и его жена, их дети: Елизавета, Мария, Евлампия и Харитина. Краснов Матвей Илларионович и Прасковья Гавриловна, их дети: Владимир и Нина. Иванов Иосиф и Прасковья. Сорокин Павел Сергеевич и Александр Сергеевич, их мать. Никитин Павел Филиппович и Софья Ивановна. Ласточкина Лидия Ивановна. Никифоров Гаврил Никифорович и Матрена Ефимовна, их дети: Ольга, Иван. Ильин Иван Матвеевич и жена, их дети: Нина, Николай. Агеносов Александр и ею жена, их дети: Анатолий, Михаил, Ольга, Николай, Галина. Лукоянов Андрей Иванович и жена, их дети: Владимир, Манефия, Зиновий. Семянов Иван и жена, их дети: Мария, Валериан. Изинкин Илья Семенович и жена, их дети: Ананий, Антонина, Зинаида. Егоров Иван Егорович и Вера Флегонтовна, их дети: Алексей, Владимир, Полина. Начинается второй ряд от дер. Важнангер. Бочкарев Василий Федосеевич и его жена. Алдайкин Сергей и Фекла, их дети: Михаил, Прасковья, Иван. Метелкин Иван и жена, их дети: Евлампия, Геннадий, Николай, Никодим и Ольга. Бочкарев Петр Васильевич и Федора, их дети: Серафима. Виктор, Нина, Александр. Лукоянов Александр Иванович и жена, их дети: Нина, Мефодий, Лидия. Йорданов Андрей Тимофеевич и его жена, дети: Виктор, Феврония. Артюков Василий и его жена, дети: Анатолий, Николай, Георгий. Березины сестры: Христина Александровна и Лидия Александровна (их отец дьякон М-Сундырской церкви). Арсеньева Александра Петровна - просвирня. Юринов Николай Михайлович и Клавдия Александровна, дети: Ангелина, Михаил, Лев. Ерофеев Григорий и его жена, их дети: Ольга, Клавдия; внук Виктор (кадровый военный). Колумбаев Николай и жена, их дети: Юлия, Сильвестр Иван. Скворцов Григорий и его жена, дети: Моисей, Соломония (Моисей Григорьевич в одно время был артистом Козьмодемьянского театра). Семянов Пантелей Иванович и его жена, дети: Зоя, Иона, Клавдия".

В годы коллективизации в феврале 1930 г. в с. Малый Сундырь был организован колхоз "Валгыды" ("Восход"). В него записались 8 хозяйств этого села и 3 хозяйства из д. Акозино. Первым его председателем стал учитель, общественный активист и организатор, краевед A. M. Оников. Позднее этот колхоз оказался в составе укрупненных колхозов "Первое Мая", "Прогресс" и "Сила".

Жители с. Малый Сундырь внесли свой вклад в общую Победу советского народа над немецко-фашистской Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг. По свидетельству С. А. Ониковой, в ней приняли участие "Маркова Анна Григорьевна - была зенитчицей. Вернулась с войны живой. Львовы Владимир и Венедикт - воевали и погибли на войне. Колумбаев Иван Гаврилович - погиб на войне. Николаевы Виталий и Исаий Иванович - воевали, вернулись. Ванюков Семен Иванович - всю войну был военным летчиком, награжден многими правительственными наградами. После войны летчик по разведке недр (удостоен высокого звания Герой Социалистического Труда - прим. А. И.). Антонов Иван Дмитриевич - погиб смертью храбрых в Отечественной войне. Антонова Елизавета Дмитриевна - на войне была военным врачом-хирургом. После войны долго работала врачом-хирургом. Лукоянов Владимир - погиб смертью храбрых на поле сражения. Изинкин Ананий - погиб на войне. Алдайкин Михаил Сергеевич - погиб на войне. Метелкин Геннадий Иванович - погиб на войне. Метелкин Николай Иванович - всю Отечественную воевал и вернулся в звании капитана. Семянов Пантелей Иванович - погиб смертью храбрых. Оников Александр Антонович - погиб на Калининском фронте. Оников Виктор Антонович - воевал до конца войны. Был ранен". Всего из уроженцев этого села с фронта вернулось 27 чел.

Уроженцы с. Малый Сундырь проявили себя не только на ратном поприще, но и в мирной жизни. Многие из них стали известными людьми - инженерами, врачами, учителями, актерами, специалистами самых разных профессий. В их числе первый марийский профессиональный режиссер и актер (главный режиссер Маргостеатра) Алексей Иванович Маюк-Егоров (1905-1938); летчик военной и гражданской авиации, Герой Социалистического Труда Семен Иванович Ванюков; инженеры Михаил Александрович Агеносов и Виталий Иванович Николаев; учителя Евлампия Дмитриевна Антонова (Журавлева) и Иван Дмитриевич, Николай Иванович Метелкин, Нестор Михайлович Сорокин, Иван Николаевич Ягодкин, Клавдия Ивановна Осипова, Лидия Петровна Платова (Агеносова), Елизавета Ивановна Тряпкина (Осипова); Ипполит Афанасьевич и Любовь Сергеевна Сергеевы, вырастили будущих врачей Зою и Зинаиду; экономист с высшим образованием Владимир Матвеевич Краснов многие годы возглавлял колхозы; садовод Игнатий Казаков проявил себя как умелый фотограф; его дочь Софья Метелкина (Казакова) известна как талантливый самодеятельный композитор; своими достижениями известны спортсмены Иван Дмитриевич Антонов и Сергей Николаевич Метелкин; менеджер, комсомольский и профсоюзный деятель, исполнительный директор страховой компании "Профцентр - Мед" Серафима Николаевна Агеносова; кадровый военный Виктор Иванович Ерофеев; председатель Обшиярской сельской администрации Волжского района Галина Геннадьевна Кирпичникова (Каменева) и многие другие.

В последний год существования села, в 1980 г. в с. Малый Сундырь имелись школа, почта, медпункт, магазин, ветеринарный пункт, сады, огороды, жилые и хозяйственные строения; к селу примыкали совхозный огород ("шожпичы" - "пирыпичы"), поля и луга; протекала р. Малая Сундырка. В результате его ликвидации, жители этого славного села покинули его и переехали на новые места жительства.

Обсудить на форуме

все регионы
Rambler's Top100
© 12rus.ru 2006-2018
дизайн masterw.ru